Организованный набор в сфере трудовой миграции — это сложная, многоуровневая система, которая сплетена из многих составляющих, таких как государственные ведомства, некоммерческие организации, бизнес- и научное сообщество, трудовые мигранты. Добавим сюда, помимо человеческих ресурсов, еще и призванные обеспечивать рабочие процессы всей системы инструменты — создание единой цифровой среды или стандартизацию критериев каждого этапа жизненного цикла оргнабора. Законодательно оргнабор опирается на соответствующие межправительственные соглашения, подписанные Россией с Таджикистаном и Узбекистаном.

Цель оргнабора понятна из самого названия и не вызывает разногласий у участников миграционных процессов. Всем хотелось бы уйти от стихийной и часто нелегальной и нерегулируемой миграции в сторону контролируемой и прозрачной схемы найма иностранных работников. Еще одна очевидная задача состоит в повышении уровня квалификации и подготовки иностранцев, приезжающих в Россию на работу.

Но участники отрасли констатируют, что при всей красоте идеи организованный набор не заработал так, как необходимо. Красноречивые цифры дает, например, МВД РФ: с января по май 2021 г. всего поступило 543 277 уведомлений о заключении трудовых договоров с иностранными гражданами, лицами без гражданства, осуществляющими трудовую деятельность, при этом разрешение на работу получили лишь 16 024 высококвалифицированных и 1982 квалифицированных специалистов.

Изучая проблему оргнабора, MEDIA-MIG столкнулся с несколькими точками зрения. Так, один из влиятельных и авторитетных специалистов по проблемам миграции Владимир Волох считает, что «та система разрешительных документов, что существует, в свое время сработала, но она требует изменения. От устаревших квот сделан шаг вперед к патентной системе, но и он пока недостаточен. Экономисты прямо говорят, что тех трудовых ресурсов, что у нас есть сейчас и на перспективу на все запланированные объемы производства не хватит и нужно привлекать дополнительные трудовые ресурсы. Тут важно, чтобы эти рабочие приезжали конкретно в те регионы, к тем работодателям и по тем специальностям, что нужны нашей экономике, а не просто в поисках лучшей жизни.

Сама идея оргнабора хорошая, а вот то, как это реализуется, оставляет желать лучшего и по качественным показателям (порядка 10% от того, что предполагалось по оргнабору), и по тому, как это работает.

Что тут можно сделать? Во-первых, усилить роль государственных органов исполнительной власти.

Во-вторых, передвинуть вопросы с оформлением (изучение русского языка, сдача комплексного экзамена, медицина) на сторону государства исхода. И там надо кандидатам объяснить, что целевой набор — это набор для конкретного предприятия, а не способ въехать в РФ и дальше искать работу. Тут есть недоработка и наших, и коллег из Узбекистана и Таджикистана. Улучшение в этом вопросе позволит понизить количество мигрантов с неурегулированным правовым статусом. Переговоры миграционных служб РФ с миграционными службами этих стран велись и мы просили поработать с семьями. Узбекистан и Таджикистан проводили такую работу.

Доводы в сторону такого подхода: работодатели могут приехать в страну исхода и пообщаться с будущими сотрудниками, а те, в свою очередь, более осознанно будут понимать, куда едут и какие требования предъявляет работодатель.

Остро стоящий сейчас вопрос вакцинации также можно перенести на сторону страны мигранта и за счет этой страны. Оформление документов занимает время и лучше, если это время будущий мигрант проведет у себя на родине, т. к. в РФ он должен где-то жить, пока ходит по инстанциям и не работает.

В-третьих, на территории России смелее подключать объединения работодателей на уровне субъектов, а на федеральном уровне — Торгово-промышленную палату РФ. Подключать частные агентства занятости (помимо государственных ведомств), они оперативнее госорганов работают».

Если Владимир Волох считает, что всю тяжесть организационного набора нужно перенести на сторону стран исхода, то председатель Комиссии по миграционной политике Совета по делам национальностей при Правительстве Москвы Юрий Московский высказывает отчасти противоположную точку зрения:

«Я за то, чтобы медицинское обследование и экзамены проводить в РФ, потому что если это делать в стране исхода, то справка будет настоящая, а причина выдачи — нет. Нет доверия. Например, если первичный анализ мигрант сдал на родине, но сюда приедет со справкой и еще раз сдаст анализ, чтобы не получилось так, что в течение месяца больной человек ходит по территории РФ.

Пусть русский язык учит там, но справку пусть получает здесь и платит за эту справку нашим организациям. Прибыль пусть получают наши организации, но и у нас ужесточить контроль за выдачей необходимых документов».

В России сейчас уже реализуются и готовятся концептуальные изменения в миграционном законодательстве, отражающие и накопленный опыт, и попытки анализа проблем, выявившихся в ходе реализации миграционной политики в целом и организованного набора в частности. Очевидно, что по мере оптимизации миграционной политики страны система будет отлаживаться и дальше.

Елена Мохова