Мигранты – важная составляющая российской экономики. Тем не менее для части российских граждан иностранные работники по-прежнему являются нежеланными гостями. Чтобы избежать открытых форм проявления нетерпимости, мигранты стараются держаться обособленно, однако это, скорее, только усугубляет проблему. Что происходит с интеграцией, и насколько Россия продвинулась в этом вопросе, разбиралась корреспондент издания «Медиа-Миг» Александра Близнецова.

Куда, куда вы удалились?

В 2021 году Россия ощутила нехватку иностранной рабочей силы из-за глобальной пандемии. По данным МВД, примерное число мигрантов сегодня составляет 6,3 млн человек. Если сравнивать с показателями прошлых лет, разница просто колоссальная: прежде на территории РФ насчитывалось от 9 до 11 млн иностранных рабочих.

Больше всего дефицит рабочей силы затронул аграрный сектор, строительство, сферу ЖКХ и сферу услуг.

В частности, потребность в строителях выросла на 30 %, а курьерах и водителях такси – на 85 %. Цифры говорят сами за себя: без трудовых мигрантов стране сегодня не обойтись.

Попытки привлечь в сферу сельского хозяйства студентов аграрных вузов и тех, кто потерял работу из-за пандемии, по мнению экспертов, обречены: профильных вузов недостаточно, да и студент «нынче не тот» – предпочтет отдыхать у моря, нежели «горбатиться на полях» за мизерную зарплату.

В сфере строительства ситуация не лучше – сказываются огрехи прошлых лет, когда вопросам профессиональной подготовки по профильным специальностям не уделялось должного внимания.

Стройки испытывают острый дефицит кадров, а восполнение рабочей силы имеет преимущественно точечный характер. Одна из причин – не все компании могут позволить себе расходы на организацию поиска, переезда, оформление всех документов для трудовых мигрантов, на обеспечение их жильем и «белой» зарплатой.

Государство по-разному пытается решить проблему: упрощает процедуры оформления въезда, обещает решить вопросы с пенсионным обеспечением, ставит задачи по повышению заработных плат. Иными словами, старается сделать так, чтобы пребывание гостей столицы было для них приятным во всех отношениях.

Радоваться рано

Прогресс, безусловно, есть, но проблема далека от решения. О том, что впереди еще долгий путь, свидетельствует реакция пользователей интернета на новость о том, что от России на Евровидении в 2021 году выступит Manizha, артистка таджикской национальности. «А какое отношение она имеет к России?», «Таджикская певица поет за русских женщин от России? Господи, до чего мы дожили!» – самые распространенные комментарии под публикациями с этой новостью в Instagram.

Никуда не делся и так называемый эффект ЦИАН, появившийся из-за распространенных объявлений о сдаче квартиры «только для славян». Как считает один из инициаторов «Проекта dõst» Артем Слета, подобные объявления и другие проявления интолерантности будут существовать, пока такое поведение не будет наказуемо. Пока же «у нас на законодательном уровне не запрещено проявление дискриминации», – говорит он.

Проблема языковой дискриминации хотя и не стоит так остро, но прослеживается в некоторых сферах, например в культурной. Так, во многих столичных музеях на стенде информации с легкостью можно найти буклеты на русском, английском, французском и других западноевропейских языках, но до сих пор отсутствуют материалы на языках стран СНГ. Об этом недавно появилась публикация в телеграм-канале dõst, в котором авторы проекта рассказывают о работе с мигрантами, расизме, национальной идентичности и репрезентации культур: «В Дарвиновском музее в Москве при входе информация для посетителей на 24 (!) языках. Среди них нет ни одного языка стран Центральной Азии или Южного Кавказа. Музейное сообщество уже не первый год поднимает тему миграции, а на узбекском языке в России пока можно только бургер купить, но не сходить в музей».

Чувствуйте себя как дома

Приезжая в Россию на заработки, большинство мигрантов попадают в принципиально иную среду. Возникает чувство дискомфорта, которое решается одним из двух способов: полным принятием культуры и традиций страны пребывания или стремлением максимального сохранения привычного образа жизни. Первое грозит утратой идентичности, «национальных корней», второе – проблемами с той самой интеграцией. «Истина где-то рядом», но эксперты до сих пор не могут определить оптимальный баланс между «глобальным» и «национальным».

Нет единого мнения по этому поводу и у российских специалистов по национальным вопросам. Вот, например, некоторые диаспоры помогают почувствовать себя как на родине, организовывая встречи «для своих»: праздники, посвященные Дню родного языка, и даже конкурсы типа «Мисс Кыргызстан в России – 2021», ключевой темой которого стала любовь к родине. Периодически в Москве проводятся и вечера национальной поэзии, где выступают молодые авторы и чтецы со стихами прославленных литературных деятелей вроде Омара Хайяма, Саади, Хафиза и других. И это логично. С другой стороны, есть мнение, что такие встречи могут вредить успешной интеграции в общество принимающей страны, подчеркивать обособленность мигрантов, укреплять их желание оставаться в зоне комфорта. Однако, как считает Евгений Варшавер, «Если говорить о том, как принимающее общество в целом может помочь мигрантам с интеграцией, общая рекомендация – не мешать». Память о корнях, стремление пообщаться с соотечественниками вряд ли взаимоисключают стремление к успешной интеграции.

Действительно, подобные просветительские мероприятия культурного или исторического формата могут быть полезны и для россиян, способствуя более глубокому пониманию особенностей других народов и наций. Но, как правило, организуются эти встречи чаще всего только для мигрантов.

Возможно, небольшая смена формата и ориентация на более широкого зрителя могли бы помочь решить сразу две задачи: просветить местное население и помочь мигрантам почувствовать себя дома.

У семи нянек…

К сожалению, ответ на вопрос, кто должен отвечать за интеграцию мигрантов в российское общество, скорее всего, будет «Все в целом и никто в частности». «Руководящую и направляющую» роль не найти ни среди российских ведомств; ни среди ведомств стран, экспортирующих трудовые ресурсы; ни среди диаспор, которые зачастую стараются помогать соотечественникам лишь в крайних случаях, когда они попадают в «сложную жизненную ситуацию». Некоммерческих же организаций, которые занимаются образовательно-просветительской деятельностью и способствуют адаптации иностранцев, не так много. Кроме того, такие инициативы редко финансируются в должной мере.

В 2020 году Владимир Путин дал ряд поручений, связанных с разработкой программ по улучшению эффективности мероприятий, направленных на социально-культурную адаптацию и интеграцию трудовых мигрантов. Однако из-за некой эфемерности проблемы, отсутствия четкого понимания

того, что такое адаптация и интеграция, почти никто не рвется с ней разбираться. Вопрос спустился с федерального уровня на региональный и, похоже, умер там в межведомственных согласованиях. По инерции объявляются годы культуры, однако, давайте скажем честно, что мы знаем о проводимых в рамках этих «годов» мероприятиях?

Между тем процесс адаптации и интеграции – это не столько праздничные мероприятия и концерты, сколько ежедневная кропотливая работа. Да, ее трудно «осмечивать» и выставлять по ней модные нынче КПЭ, но и пускать на самотек тоже нельзя, принимая во внимание постоянный рост численности трудовых мигрантов.