01  Октября  2022,  Суббота
Рынок труда / Экономический кнут – Культурный пряник
Экономический кнут – Культурный пряник

Февральская спецоперация российских войск на юго-западном фронте и очередной разрыв с Европой заставляют задуматься не только о политических и гуманитарных последствиях боевых действий, но и о дальнейшем развитии международных отношений.

1 марта 2022Дмитрий Смирнов
Фото: © council.gov.ru

Ориентир на приобретение надежных союзников в Азии требует четких стратагем, которые не допустят повторения безумных сценариев на границах нашей страны. 

Очевидно, что правительственные и торговые соглашения решают не все. Необходимо создавать прочную среду для рядового человеческого взаимодействия, укреплять культурные связи. Как никогда значим фактор «мягкой силы» в отношениях с центральноазиатскими республиками с учетом масштабов человеческой мобильности. 

Знаковым событием в развитии этих отношений остаются межпарламентские форумы Таджикистана и России, последний из которых, седьмой по счету, открылся 25 февраля 2022 года в Душанбе. Как и первое мероприятие такого формата, состоявшееся в августе 2006 года, форум стал площадкой для подписания соглашений по целому ряду направлений на межрегиональном уровне. Особое внимание российская делегация во главе с председателем Совета Федерации РФ Валентиной Матвиенко уделила правовому регулированию трудовой миграции. Структура этого явления продолжает меняться в связи с развитием оргнабора иностранной рабочей силы, курсом на цифровизацию и домиграционную подготовку. 

С визитом в Таджикистан прибыли первые лица и представители бизнеса шести субъектов РФ: из Центрального федерального округа (Костромская и Московская области), Приволжского федерального округа (Республика Татарстан, Самарская область) и Уральского федерального округа (Курганская и Челябинская области). Большинство регионов — точки миграционного притяжения, и содержание прошедших переговоров интересно в контексте противоречивой практики управления этими процессами. 

На волне криминальных историй с участием рабочих из центральноазиатских республик все чаще обсуждаются ограничения внешней трудовой миграции. Одним из инструментов является запрет на привлечение обладателей патентов по отдельным видам экономической деятельности. Согласно Федеральному закону N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (ст. 18.1), высшее должностное лицо субъекта РФ вправе ежегодно принимать подобные меры для защиты регионального рынка труда и приоритетного обеспечения работой местного населения. Порядок определения сроков исполнения таких запретов прописан в Постановлении Правительства РФ N 1327 от 7 декабря 2015 года. 

В разное время этим правом воспользовались 28 субъектов РФ, и многие регулярно продлевают действие запретов на протяжении 7–8 лет. Одни расширяют перечни видов и классов экономической деятельности, как Сахалинская область и Республика Алтай, другие придерживаются изначально выбранных видов, как Забайкальский край и Воронежская область. Диапазон классов колеблется от одного наименования (Тюменская и Челябинская области) до 31 (Тверская область).

В большинстве случаев запреты затрагивают сферу услуг: такси, розничная торговля, образование. Особенности региональной экономики и рынков труда также играют роль. В Амурской области нельзя привлекать иностранных граждан к работе по классу 01 — «Растениеводство, животноводство, охота». В Якутии охватывающие 29 классов экономической деятельности запреты не распространяются на резидентов территорий опережающего социально-экономического развития и участников региональных инвестиционных проектов. На территории Камчатского края иностранец может устроиться в ряде запретных сфер на позиции чернорабочего (уборщик, мойщик и т. д.). 

Другой инструмент управления — изменение коэффициента, отражающего региональные особенности рынка труда и влияющего на сумму авансового платежа по патенту. Задачей является уравнять налогообложение трудового мигранта и работающего россиянина. Соразмерно этому, показатель ежегодно увеличивается в большинстве регионов. На 2022 год в среднем по субъектам РФ он вырос на 470 руб. 

Все, что существенно выше или ниже данной отметки, отражает особенности миграционного курса. Например, нулевую динамику по Мурманской и Челябинской областям можно объяснить льготами для привлекающих иностранную рабочую силу подрядчиков крупных проектов. Соответственно, Центра строительства крупнотоннажных морских сооружений и масштабной городской реновации. Организованные и стабильные миграционные потоки обеспечат пополнение местных бюджетов и по прошлогодним расценкам.

Однако, как показывают последние события, мотивы применения подобных мер могут искажаться. В декабре 2021 года рост преступности среди иностранных граждан в Калужской области вынудил губернатора повысить региональный коэффициент, авансовый платеж по патенту вырос на 800 руб. — до 5 000 руб., а затем ввести и полный запрет на работу по патенту в розничной торговле, такси, доставке еды и выборочно — в сфере по подбору персонала. 

Под давлением общественного недовольства экономические инструменты используются не по назначению. Их превращают в оружие борьбы с дырами и нарушениями в сервисе миграционных услуг, незаконными каналами легализации иностранных граждан, с сопряженными проблемами их адаптации и неадекватного отношения к местным жителям. Зачистке подвергается контактная сфера услуг, представленная разрозненным малым бизнесом. Логика понятна — убрать мигрантов из повседневной жизни горожан, что создаст видимость сокращения числа «чужаков». Однако отраслевой разрез глобально на ситуацию не влияет. 

Языковое и культурное исключение из российского социума мигранта-таксиста или курьера актуально и для мигранта-арматурщика или дворника. С той разницей, что строительная отрасль и ЖКХ далеки от организованного замещения иностранной рабочей силы российскими кадрами. Возникает вопрос: какие гарантии позволят крупному бизнесу, планирующему нанимать рабочих из Таджикистана, преодолеть возможное ухудшение миграционной ситуации? 

Отметим, что пример Калужской области находит живой отклик в других регионах. Инцидент с нападением иностранного студента на двух гражданок России в Екатеринбурге вывел тему национальной безопасности в Уральском федеральном округе на уровень спецсовещания Совбеза РФ. Тем временем председатель Комитета Законодательного собрания по социальной политике Свердловской области Вячеслав Погудин заявил, что урезать долю мигрантов без ущерба для региональных проектов и экономики в целом невозможно. Процесс требует анализа и расчетов. 

Аналогичные разговоры ведутся в родном регионе главы Минстроя России Ирека Файзуллина и вице-премьера РФ Марата Хуснуллина. С предложением запретить трудовым мигрантам работать на основании патента в сфере услуг здесь выступает депутат Казанской гордумы от партии «Коммунисты России». Аргумент — рост преступлений, совершенных иностранными рабочими в Татарстане.

Представление о «мягкой силе» как инструменте решения миграционных проблем на региональном уровне крайне условное. Искусственное противопоставление экономики и культуры разрушает причинно-следственные связи и несет риски для нормального реформирования этой сферы. 

Источник влияния известен. На протяжении последних лет в России ведется активная кампания за отмену образовательных требований к трудовым мигрантам, о чем «МЕДИА-МИГ» неоднократно писал. Представители экономического блока уверяют, что русский язык и адаптация иностранным рабочим не нужны — нужны только профстандарты и быстрая бюрократия. Как считается, крупные компании сумеют обезопасить социальное поле от межнациональных конфликтов, что, вероятно, подразумевает полную изоляцию иностранных рабочих на объектах. 

VII Межпарламентский форум продемонстрировал, что продвижение русского языка и российского образования в Таджикистане в целях повышения качества трудовой миграции остается в приоритете. Это подтвердили губернатор Самарской области Дмитрий Азаров и губернатор Челябинской области Алексей Текслер. Проблема в том, что тема обсуждается со времен первого форума, и прорыва до сих пор не произошло. Российские вузы действуют на данном направлении преимущественно в одиночку, не располагая достаточными ресурсами. 

Исходя из узко экономических интересов необходимо понимание, готовы ли крупные подрядчики и девелоперы, в том числе в Татарстане, Самарской и Челябинской областях, к последствиям провальной адаптации нанятых мигрантов. Вопрос не в том, что квадратные метры жилфонда начинают ассоциировать с кровавыми преступлениями, а строительная деятельность этически обесценивается. Вопрос прагматичный: покроет ли прибыль репутационные и финансовые потери бизнеса в случае непредсказуемых эксцессов? Выгодно ли продолжать этот курс? Маневр с закрытием для иностранных рабочих сферы услуг действует лишь раз. 

Глобально же пора понять, что чем дольше миграционные процессы замыкаются в экономической плоскости, тем дольше Россия остается безоружной. Инструментам экономики необходима поддержка культурного влияния и наоборот. В ближайшее время бизнесу предстоит не просто вложиться в домиграционную подготовку трудовых мигрантов в Таджикистане, Узбекистане и Киргизии, но и предложить образовательные и адаптационные программы на переходный период в регионах России. Развитие ответственных отношений со странами Центральной Азии с позиций «мягкой силы» сегодня важно как никогда.  

Подписывайтесь на наш канал в Дзен и Телеграмм.
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter